На днях мы стали свидетелями публичной конфронтации между руководством РЖД и премьер-министром Армении Николом Пашиняном, который угрожает фактически пересмотреть концессионное соглашение с российской компанией по управлению армянскими железными дорогами.
В связи с этим стоит поговорить о том, какую роль железная дорога играет в горно-металлургической отрасли этой страны и что может произойти, если управление ею нарушится.
Армения, как известно, не имеет выхода к морю, и железнодорожный транспорт жизненно необходим для её импорта и, в несколько меньшей степени, экспорта. Новые проекты, анонсированные Пашиняном, в первую очередь международная железнодорожная трасса по коридору имени Трампа — так называемый проект TRIPP (Trump Route for International Peace and Prosperity) — пока даже не вышел на стадию проектирования.
По оценкам аналитиков (например, в исследованиях ЕАБР), доля металлургического экспорта в общем объёме экспорта Армении довольно существенна — порядка 20–25% и выше.
Особенно важен железнодорожный транспорт для экспорта медно-молибденовой продукции, которая приносит стране основной доход (вообще все добываемые в стране цветные и драгоценные металлы полностью идут на экспорт)
Ключевым игроком на этом рынке является Зангезурский медно-молибденовый комбинат (ЗММК) — крупнейшее промышленное предприятие и традиционно один из главных налогоплательщиков страны. А в первом полугодии 2026 года комбинат признан крупнейшим налогоплательщиком Армении, перечислив 113 млн долларов в казну — несмотря на временное снижение выпуска продукции. Сообщалось о том, что в ближайшем будущем комбинат планируется увеличить годовой объём переработки руды с 22 миллионов тонн до 30 миллионов.
В прошлом году страна произвела и экспортировала порядка 3 тысяч тонн ферромолибдена (основной покупатель, забирающий две трети объёма — трейдер из Нидерландов).
Также Армения занимает шестое место в мире по экспорту собственно молибденового концентрата. Основные покупатели — Бельгия, более 47% (как хаб для дальнейшей перепродажи странам Запада), Нидерланды (16% в прошлом году), Китай (по прошлому году лишь 6,7%, но бывали годы, когда доходило до 25%), и Россия с долей более 11%. В физическом выражении производство молибденового концентрата в прошлом году в этой закавказской стране составило чуть менее 15 тысяч тонн, вывезти этот объём на экспорт автотранспортом нереально — никто и не пытается.
В ещё более серьёзной степени это относится к медному концентрату, так как его выпускают в значительно большем объёме. В прошлом году Армения добыла около 300 тысяч тонн медного концентрата (хотя в этой отрасли у страны тоже наблюдается стагнация). Основные потребители армянской меди — Китай (до 80% всего экспорта) и, внезапно, Болгария (14%). В обе эти страны путь концентрата лежит по железной дороге в черноморские порты Грузии.
Концессия дала Армении современную железную дорогу, освободив бюджет республики от затрат на её восстановление и содержание.
В середине прошлого года сообщалось, что поставки цинкового концентрата из Армении выросли в I полугодии 2025-го на 14% — до 5,7 тыс. тонн, увеличившись в стоимостном выражении на 37% — до $10 млн. Весь объём, как и годами ранее, пришёлся на Бельгию.
А вот экспорт драгоценных металлов — золота, серебра и сплава доре — от железной дороги практически не зависит. Он, кстати, серьёзно сократился в прошлом году, но не потому, что его в Армении стали добывать меньше, а в связи с прекращением реэкспорта из России. После отмены экспортной пошлины на золото металл нашим компаниям стало дешевле везти на Ближний Восток напрямую.
Горно-металлургическая отрасль Армении сегодня переживает непростые времена. Несмотря на солидный рост мировых цен как на молибден, так и на медь, она снижает объёмы выпуска.
Характерно, что за последние 10 лет в стране не было открыто ни одного нового месторождения полезных ископаемых (а некоторые из имевшихся — на границе с Азербайджаном — она потеряла). Стоит отметить, что эта отрасль в стране ориентирована на экспорт сырья — концентратов (проект строительства собственного медеплавильного завода обсуждался несколько лет назад, но завис). То есть сильно зависит от логистики. Возможный хаос на железной дороге её предприятия точно не порадует.
Впрочем, если в стране в целом возобладает стратегия «Назло бабушке отморожу уши!», то власти могут вспомнить и о том, что упомянутый Зангезурский комбинат, флагман отрасли, тоже принадлежит российскому бизнесу (21,8% у правительства Армении, остальное у структур российского предпринимателя Романа Троценко), и начнёт давить уже на него...
Действия армянского руководства являются логичным продолжением его курса на выдавливание России из сфер экономики страны, где эти позиции наиболее сильны — в том числе из электроэнергетики и железнодорожного транспорта.
Проект TRIPP (Trump Route for International Peace and Prosperity) — пока даже не вышел на стадию проектирования.
Не исключено, что пока Пашинян ещё не готов полностью рвать с РЖД, и речь может идти лишь о давлении с целью получить некие дополнительные уступки. Однако же Никол Воваевич не может не понимать, что российская сторона сейчас на такие уступки не пойдёт.
Владимир Путин справедливо требует от Армении определиться, с кем она — с ЕС или с ЕАЭС, и пока решение (лучше всего референдумом) не принято, диалога не будет. Собственно, о том же говорит и Олег Белозёров. Более того, он отмечает, что Россия может потребовать возврата инвестиций.
«Концессия дала Армении современную железную дорогу, освободив бюджет республики от затрат на её восстановление и содержание. Кроме того, вся прибыль шла на развитие, а дивиденды акционеру никогда не выплачивались. Инвестиции из средств РЖД и доходов ЮКЖД составили с 2008 года по 2025 год около $396,3 млн», — указал Белозёров.
Если Армения в одностороннем порядке попытается расторгнуть соглашение, последуют многолетние судебные тяжбы. Управление дорогой на этот период может быть передано временной администрации, что с высокой вероятностью вызовет серьёзный управленческий кризис и дезорганизацию. А главное — остановит на неопределённый срок инвестиции в проект.
Алексей Василивецкий
