Глобальная конкуренция сместилась с торговли сырьем к контролю над всей цепочкой - от добычи до конечного изделия, рассказал на конференции CREON Руслан Димухамедов, председатель Ассоциации РМ и РЗМ.
Производители чипов параллельно наращивают локальные мощности - полупроводники окончательно стали вопросом индустриальной безопасности. США и Китай ускоряют производство человекоподобных роботов. БПЛА перешли из нишевого решения в массовую производственную и оборонную платформу.
Китай расширил экспортный контроль на РЗЭ и магниты, усилил ограничения по технологиям и чувствительному оборудованию. США продолжают собирать собственный промышленный контур через субсидии и локализацию.
Россия входит в тот же технологический цикл: ИИ, роботизация, беспилотные системы и меры поддержки. ИИ становится инфраструктурной задачей: на федеральном уровне предложена программа развития дата-центров для задач искусственного интеллекта. С 2025 г. действует нацпроект «Средства производства и автоматизации»: роботизация и отечественные средства производства закреплены как государственный приоритет.
Выделен отдельный нацпроект «Беспилотные авиационные системы»: это формирует долгосрочный спрос на электронику, магниты, сплавы и материалы. Расширяется контур поддержки цифровых компаний: для лидеров ИИ обсуждаются новые налоговые, кредитные и нефинансовые меры.
Внутренний спрос на РЗМ в России уже формируется в конкретных секторах. Окно возможностей открыто: если увязать добычу, переработку и стандарты качества с этими секторами, РЗМ становятся элементом промышленной политики, а не только сырьевой темой.
По оценке Минприроды, Россия занимает второе место в мире по запасам РМ и РЗМ. Однако доля России в глобальной добыче составляет менее 2%. Богатство недр само по себе не превращается в промышленную готовность.