От редакции. «Про Металл» крайне редко даёт репосты аналитических материалов из других русскоязычных изданий. Но публикация казахстанского издания inbusiness.kz нас приятно удивила. Обычно, когда речь заходит об иностранных инвестициях, то об этом пишут в восторженных тонах, сыплют приятными цифрами из серии «здесь будет город-сад». Про социальный аспект вещают, про новые рабочие места, инфраструктуру, экологию. На форумах отчитываются этими цифрами, когда про инвестиционный климат говорят.
Потом, правда, по факту выясняется, что почти вся прибыль уходит за границу той или иной транснациональной корпорации, а город-сад оказывается просто бытовками для вахтовиков где-то в открытой степи. Но это уже потом. А сейчас фотографии с церемонии подписания, перерезание ленточек, радостные лица и всё в таком духе. Понятно, что речь идёт не только про Казахстан, практически во всём мире так.
А тут вдруг натыкаешься на такой объективный подход к инвестициям в горно-металлургический комплекс. Да, возможно, где-то можно было и поглубже копнуть, но, скорее всего, цель была другая. Показать, что в Казахстане всё видят и понимают реальную подоплеку событий. Ну а последний абзац текста будет очень полезно прочитать тем, кто просто гордится инвестициями как таковыми.
Публикуем материал казахстанских коллег со ссылкой на первоисточник.
Битва за недра Казахстана: инвестиции или новая сырьевая зависимость?
Пока мировые державы перестраивают цепочки поставок и пытаются ослабить зависимость от Китая, Казахстан всё чаще оказывается в центре борьбы за стратегическое сырьё. Вашингтон присматривается к вольфраму и редкоземельным металлам, Брюссель ищет надёжные источники критических минералов, Сеул заинтересован в сырье для аккумуляторов, а Германия и Саудовская Аравия расширяют промышленное сотрудничество с Астаной.
За дипломатическими рукопожатиями стоят миллиарды долларов, борьба за месторождения и контроль над будущими технологиями.
Станет ли Казахстан хозяином новой индустриальной эпохи или останется поставщиком сырья, на котором другие страны будут строить своё технологическое превосходство, выяснял inbusiness.kz.
Какие ресурсы интересуют
В центре международной конкуренции находятся несколько групп полезных ископаемых. Вольфрам необходим для производства износостойких инструментов, специальных сплавов, электроники и военной техники. Американские компании уже участвуют в проектах по освоению казахстанских вольфрамовых месторождений. Редкоземельные элементы используются в производстве постоянных магнитов, электроники, робототехники и оборонных систем. Стратегическая ценность заключается не только в добыче, но и в разделении элементов, производстве оксидов, металлов и магнитных материалов.
Литий, никель и кобальт востребованы в производстве аккумуляторов и систем хранения энергии. Южная Корея заинтересована в диверсификации поставок и сотрудничестве в области геологоразведки, добычи и переработки. При этом международный интерес не означает, что все эти ресурсы уже добываются в Казахстане в промышленных масштабах.
Медь, алюминий, хром, марганец и титан необходимы для электросетей, транспорта, машиностроения, энергетики и специальных сплавов. Развитие переработки этих металлов позволяет расширять производство продукции с высокой добавленной стоимостью.
Отдельное значение имеет уран, уже занимающий важное место в энергетических отношениях Казахстана с крупными мировыми потребителями. На Казахстан приходится почти 40% мировой добычи урана. В январе-июле 2026 года из страны вывезли 278,6 тыс. тонн рафинированной меди и необработанных сплавов. Это на 10% больше, чем за аналогичный период прошлого года. Казахстан заработал на экспорте данной продукции 3,4 млрд долларов.
Недра Казахстана весьма богаты полезными ископаемыми.
Кто и зачем конкурирует за наши ресурсы
В 2022 году Казахстан и Евросоюз подписали меморандум о стратегическом партнёрстве в области устойчивого сырья, аккумуляторов и возобновляемого водорода. В последующие годы стороны работали над практической реализацией договорённостей.
В июне 2026 года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев провёл переговоры с руководителями европейских институтов. Стороны подтвердили намерение развивать сырьевое партнёрство, транспортную связанность и сотрудничество в рамках программы Global Gateway. Европейский инвестиционный банк также подписал соглашение о поддержке транспортной инфраструктуры на 150 млн евро, а Европейский банк реконструкции и развития — меморандум по развитию международной аккредитованной химико-аналитической лаборатории в Казахстане.
В июне 2026 года вступило в силу Соглашение о стратегическом партнёрстве и сотрудничестве между Великобританией и Казахстаном. Британские компании могут участвовать не только в освоении месторождений, но и в геологической разведке, финансировании, инженерном сопровождении и предоставлении специализированных услуг.
В 2025 году Казахстан и США подписали меморандум о сотрудничестве в сфере критических минералов. Среди заявленных инициатив — проект вольфрамового горно-обогатительного и перерабатывающего комплекса стоимостью 1,1 млрд долларов с участием компании Cove Capital. В мае 2026 года Казахстан также принимал диалог C5+1 по критическим минералам, посвящённый геологоразведке, добыче, переработке и поставкам на мировые рынки, что свидетельствует о стремлении США развивать региональные цепочки поставок.
29 сентября 2026 года в Берлине канцлер Фридрих Мерц и президент Касым-Жомарт Токаев договорились о дорожной карте укрепления сотрудничества в промышленности, технологиях и сырьевом секторе.
Однако дорожная карта сама по себе не подтверждает передачу Германии прав на месторождения или заключение гарантированных контрактов на определённые объёмы критических минералов.
Сотрудничество Казахстана и Южной Кореи охватывает критические минералы и безопасность цепочек поставок. Среди перспективных материалов называются литий, никель, кобальт, вольфрам, тантал, ниобий, титан, медь и редкоземельные элементы.
В июне 2026 года в Астане прошли переговоры с руководством саудовского министерства промышленности и минеральных ресурсов. Стороны обсуждали проекты в области разведки, добычи, переработки и производства продукции с высокой добавленной стоимостью. В августе казахстанская сторона сообщила о подписании меморандума о взаимопонимании по редкоземельным металлам между профильными министерствами двух стран. Среди перспективных направлений также обозначались фосфаты, алюминий, сталь и титан.
В апреле 2026 года посол Казахстана в Бельгии посетил Институт устойчивых металлов и минералов KU Leuven. Стороны обсуждали критическое сырьё, циркулярную экономику, металлургические технологии и реализацию соглашения Казахстана с ЕС. В октябре также рассматривались вопросы транспортной связанности, зелёной энергетики, промышленной декарбонизации и переработки сырья.
Международное сотрудничество Казахстана развивается по многим векторам.
Что страна получает от международной конкуренции
Усиление интереса к казахстанским недрам открывает несколько возможностей.
Во-первых, капитал. Освоение сложных месторождений требует значительных вложений в геологию, энергетику, транспорт и переработку. Иностранные инвесторы могут взять на себя часть финансовых рисков. Однако обещанное финансирование необходимо отличать от фактически поступивших средств.
Во-вторых, технологии. Современные методы разведки, обогащения и разделения редкоземельных элементов способны повысить эффективность производства. Но передача технологий не происходит автоматически и должна закрепляться в договорных обязательствах.
В-третьих, новые производства и рабочие места. Наконец, диверсификация внешних связей. Сотрудничество с несколькими странами снижает зависимость от одного покупателя или инвестора и позволяет Казахстану выбирать более выгодные условия.
Возможные риски для Казахстана
Главный риск связан с распределением экономической выгоды между участниками производственной цепочки. Если иностранный инвестор контролирует финансирование, оборудование, технологические решения и экспорт, Казахстан может получать налоги и платежи за недропользование, тогда как значительная часть прибыли будет аккумулироваться за рубежом.
Закрепление сырьевой модели: экспорт руды и концентратов приносит доход, но ограничивает возможности развития металлургии, химической промышленности и производства готовых компонентов.
Экологические и инфраструктурные издержки. Добыча требует воды, энергии и транспортной инфраструктуры, создает отходы и может наносить ущерб окружающей среде. Поэтому необходимо заранее определять ответственность инвесторов за рекультивацию земель, утилизацию отходов и ликвидацию предприятий. Даже при расширении круга покупателей Казахстан может оставаться зависимым от зарубежного оборудования, технологий переработки и внешнего финансирования.
Иностранное участие не обязательно невыгодно. Передача контрольной доли может быть оправданной, если без инвестора проект невозможно реализовать, а страна получает значительные налоговые поступления, новые мощности, гарантии финансирования и возможности технологического развития. Следовательно, оценивать необходимо не сам факт иностранного владения, а совокупные условия конкретной сделки.
Стратегическая задача Казахстана — не просто привлечь капитал в добычу, а закрепить за собой переработку, технологии и доходы от последующих стадий производства. Иначе рост интереса к недрам обернётся расширением сырьевого экспорта без сопоставимого промышленного развития. Критерий успеха — не объём привлечённых инвестиций, а то, какую долю добавленной стоимости Казахстан сможет оставить внутри страны.
Марина Попова
