Эксперты считают, что многолетние массовые сокращения персонала, оптимизация персонала и кадровая чехарда стали главными причинами аварии. Гонка индийской промышленности за 300 млн тонн стали в год дорого обходится не только в деньгах.
Проблема индийской сталелитейной промышленности переплетается с интенсификацией производства, демографическими проблемами и технологическим отставанием от современного уровня. Неожиданные выводы могут быть интересны широкому кругу специалистов.
В 16:15 8 июня 2026 года взрыв ковша в сталеплавильном цехе SMS-1 металлургического завода Вишакхапатнам (VSP), управляемого компанией Rashtriya Ispat Nigam Limited (RINL), выплеснул расплавленный металл температурой более 1500 °C на рабочую площадку под установкой непрерывной разливки Caster-2.
Согласно предварительному отчёту Главного инспектора по фабрикам Индии, причиной стал внезапный выброс газа, захваченного жидкой сталью, который прорвал уплотнение ковша до открытия скользящего затвора, вызвав катастрофический разлив.
Образовавшийся огненный шар достиг потолка цеха и воспламенил мостовые краны. Погибло восемь рабочих, ещё шестеро находятся в критическом состоянии с тяжёлыми ожогами. Бывший главный министр Джаганмохан Редди публично обвинил многолетние массовые сокращения персонала в систематическом разрушении системы безопасности предприятия.
Машина непрерывного литья заготовок является центральным звеном сталеплавильной цепочки. Жидкая сталь из ковша через промежуточный ковш поступает в разливочную машину, где затвердевает в заготовки для последующей прокатки. По процедуре ковш, содержащий около 300 тонн жидкой стали, поворачивают и центрируют над промежуточным ковшом, после чего вручную открывают скользящий затвор для начала разливки. В этот критический момент накопившееся давление газа прорвало нижнее уплотнение ковша до открытия затвора, что привело к катастрофическому переливу расплавленной стали.
Жидкий металл вырвался наружу со скоростью сотен литров в секунду, мгновенно накрыв рабочих, обслуживавших оборудование на площадке внизу. Поскольку инцидент совпал со сменой смен, на платформе было относительно многолюдно, что увеличило число жертв.
Проблема индийской сталелитейной промышленности переплетается с интенсификацией производства, демографическими проблемами и технологическим отставанием от современного уровня.
После аварии премьер-министр Моди выделил средства из Национального фонда помощи премьер-министра: 200 000 индийских рупий (~2400 долларов США) на каждого погибшего; 50 000 рупий (~600 долларов США) на каждого тяжелораненого.
Министр стали Кумарасвами объявил о выделенной компенсации: 2,5 млн индийских рупий (~30 000 долларов США) за каждого погибшего; 1 млн рупий (~12 000 долларов) за каждого пострадавшего работника.
Власти выделили дополнительные социальные гарантии: семьи погибших могут продолжать проживать в заводском жилье до достижения установленного законом пенсионного возраста; дети имеют право на бесплатное образование; члены семьи погибших могут получить постоянную работу на заводе.
Министерство стали сформировало независимую экспертную группу из трёх человек под руководством директора завода SAIL в Бокаро для расследования. Предварительные итоги неутешительны.
Данные о численности персонала рисуют безрадостную картину. По состоянию на 1 апреля 2025 года количество штатных сотрудников завода сократилось до 10 943: по сравнению с 17 566 в 2019-20 финансовом году — чистое сокращение на 6623 работника (−37,7%) за шесть лет. Только в 2024-25 финансовом году 1123 сотрудника ушли по программе добровольного выхода на пенсию, что позволило сэкономить примерно 24 млн долларов США в год на заработной плате. Ещё более тревожным является прямое указание в годовом отчёте, что 14 июня 2025 года был объявлен второй раунд предварительного выхода на пенсию — программа сокращения продолжается.
Последствия программы оказались предсказуемыми. Молодые сотрудники работают интенсивнее, но часто не обладают должным опытом. Масштабное вымывание пожилых, но обладающих опытом сотрудников, незримо сказалось на резком снижении среднего уровня компетенций.
Сокращение штатной численности происходило параллельно с массовым увольнением контрактных работников. Бывший главный министр штата Андхра-Прадеш Джаганмохан Редди после аварии заявил, что за последние два года было уволено около 6500 контрактных работников, вдобавок к 3000 вышедшим на предварительную пенсию и 1500 пенсионерам по возрасту.
Эти цифры рисуют крайне тревожную картину: за ежегодной экономией сотен миллионов долларов на расходах на заработную плату скрывается быстрая утрата институциональных знаний в среде с температурой 1500 °C и экспоненциальный рост операционных рисков, поскольку недостаточно обученные контрактные работники занимают должности с высокими технологическими рисками.
Сокращение штатной численности происходило параллельно с массовым увольнением контрактных работников.
В годовом отчёте завода RINL указан показатель производительности труда — 496 тонн сырой стали на одного работника в год. Этот показатель сильно отстаёт от среднемирового.
Для сравнения, ведущие китайские сталелитейные группы (такие как центры интеллектуального производства Baowu) и современные заводы в Японии и Южной Корее, использующие системы технического зрения на базе ИИ, комплексные датчики IoT и автоматизированные системы отслеживания ковшей, уже довели совокупную производительность труда до 1000–1500 тонн сырой стали на одного работника в год, достигая того, что операции в зонах высокой опасности выполняются без участия человека.
Критическим провалом программы раннего выхода на пенсию стало не сокращение численности персонала как таковое, а его системная несогласованность. Руководство быстро уволило тысячи опытных операторов печей — работников, обладающих незаменимой мышечной памятью для экстренного реагирования, — без каких-либо сопутствующих капитальных вложений в автоматизацию и без внедрения ни одной интеллектуальной системы контроля температуры или обнаружения прорыва ковша.
Заполнение трудоёмких, опасных должностей дешёвыми аутсорсинговыми работниками — это не «повышение качества и эффективности» в рамках промышленной модернизации, а хищническое сокращение затрат, подрывающее основу безопасности.
С точки зрения баланса спроса и предложения, остановка цеха и общезаводская проверка безопасности приведёт к значительному дефициту предложения в Южной Индии. При номинальной мощности 7,3 млн тонн сырой стали в год и с учётом типичных циклов использования доменных печей и конвертеров VSP, по оценкам, инцидент приведёт к изъятию из региональной базы поставок 150 000 – 200 000 тонн в месяц сортового проката и полуфабрикатов.
Это далеко не первый серьёзный инцидент с безопасностью на предприятии: в декабре 2020 года перелив расплавленной стали в том же сталеплавильном цехе тяжело травмировал четверых рабочих; в 2016 году взрыв на кислородной установке завода унёс жизни 16 человек; в 2012 году взрыв при пусконаладке нового сталеплавильного цеха убил 19 человек — одна из самых страшных аварий в истории индийской сталелитейной промышленности.
Эта череда трагедий показывает, что многолетнее хроническое недоинвестирование в техническое обслуживание в сочетании с последовательными раундами сокращений персонала подняло уровень риска безопасности до системного уровня, который невозможно устранить локальными мерами.
Сергей Дмитриев
