Рынок серебра ожидаемо отреагировал ростом на события в Венесуэле. Снова подорожало золото и другие драгметаллы. Что ждать от этих ценовых ралли в 2026-м? И каковы их подлинные, а не спекулятивные причины?
В прошлом году цена на серебро росла темпами, от которых буквально захватывало дух — на 160% за год! Перед самым концом 2025-го появилась информация о том, что на бирже в Нью-Йорке стоимость фьючерсов на этот металл начала обваливаться. «Пузырь» лопнул? Но на самом деле ситуация оказалась гораздо более запутанной.
Вдруг выяснилось, что в то время, как на бирже в Шанхае стоимость унции этого драгоценного металла составила 80 долларов, в Нью-Йорке она упала до 71 доллара, а в Токио доходила до 130. Как такое вообще может быть? Обычно, когда налицо подобная разница в цене, в условиях глобализированной экономики металл (или любой другой товар) быстро перемещается туда, где за него дороже платят, рынок насыщается и цены более или менее приходят в равновесие. Но не в этот раз.
Ведь в Нью-Йорке торговали ценными бумагами, а в Китае — реальными объёмами металла. И выяснилось, что этих объёмов стало резко не хватать. В мире налицо дефицит серебра как такового. И в ближайшие недели он может ещё более возрасти.
С 1 января 2026 года Китай ввёл ограничения на экспорт серебра. Не закрыл его, но несколько ограничил. Введено гослицензирование экспортёров, так как в КНР серебро перешло в категорию «стратегического материала» (примерно так же, как ранее было сделано с РЗМ). Определён список из 44 компаний, которые одни имеют право экспортировать этот металл из КНР.
Установлено, что новые лицензии получат лишь те, кто сами произвели не менее 80 тонн серебра и занимались его экспортом в последние годы. То есть отсечены были все потенциальные спекулянты, вызвав серьёзное волнение на рынке (ведь Китай обеспечивает две трети поставок серебра на мировой рынок).
В Китае торгуют реальным серебром, а не ценными бумагами.
Илон Маск написал в соцсетях: «Это нехорошо. Серебро необходимо во многих промышленных процессах». Нервозности рынку добавило и намерение Министерства торговли США провести в отношении серебра некое «расследование», которое тоже может поменять правила экспортно-импортных операций.
Между прочим, считается, что наиболее крупный физический запас серебра сосредоточен именно в США (правда, напомним, Дональд Трамп, когда-то рвавшийся лично проинспектировать запасы драгметаллов в Форт-Ноксе, почему-то охладел к этой идее, так что реально кто его знает...).
Со времён братьев Хант рынок этого металла не видел таких «ценовых ралли».
Эти братья, напомним, унаследовав гигантское состояние, заработанное на нефти, в конце 70-х годов XX века решили спекулировать серебром и начали его массово скупать, а потом загнали цену под тогдашний потолок — до 50 долларов, увеличив её в 15 раз. Короче говоря, шли к успеху, но оступились по дороге: вмешались американские финансовые регуляторы, ввели ограничения на рынке, и цена серебра рухнула.
Братья Хант, вложившие миллиарды долларов в металл, остались с долгом в 5 миллиардов, банкротами и с запретом в дальнейшем работать на товарных рынках... Но в этот раз проблему так легко не решить.
А вообще решаема ли она? Надо отметить, что две трети мировой добычи серебра — это серебро попутное, добываемое из полиметаллических месторождений. Если быть более точным, то 7 из 10 тонн добываемого серебра производится на свинцовых, цинковых, медных месторождениях. Поэтому резко нарастить объём добычи быстро вряд ли возможно. Никто не станет кратно увеличивать производство, например, цинка только для того, чтобы решить кризис с серебром.
Те самые братья Хант, которые спекулировали на серебре.
Тем не менее, рынку оно нужно — в первую очередь уже не как средство сбережения, но как промышленный металл. Илон Маск не зря беспокоится. Считается, что на выпуск одного электромобиля в зависимости от марки уходит от 25 до 50 граммов этого металла. Вроде бы немного, но на 1,6 млн машин, выпущенных Tesla в прошлом году, не так уж и мало.
И, что очень важно — в серебре крайне заинтересованы производители микроэлектроники и солнечных панелей. Правда, рост цен на любой ресурс, как правило, стимулирует производителей на поиск более дешёвых альтернатив. Серебро не станет исключением.
«Сегодня основная доля (более 50%) мирового серебра идёт на промышленные нужды, включая прежде всего электронику, автопром и солнечную энергетику, — отмечает председатель Совета директоров российской ГК «Хевел» Игорь Шахрай, комментируя резкий рост в нынешнем году мировых цен на серебро. — В солнечной энергетике серебро применяется практически во всех технологиях изготовления промышленных кремниевых фотоэлектрических преобразователей (солнечных ячеек) для металлизации — нанесения контактной сетки, одного из ключевых конструктивных элементов солнечной ячейки, необходимой для сбора электрического заряда с поверхности кремниевых элементов.
Над повышением мощности и эффективности солнечных ячеек и модулей, снижением их себестоимости постоянно работает большая команда инженеров-технологов завода «Хевел» совместно с учёными собственного Научно-технического центра. Опираясь на научные разработки НТЦ, инженеры «Хевел» внедрили в производственный процесс новый состав пасты для нанесения токосъёмной сетки.
Инновация заключается в частичной замене серебра медью, которая имеет схожие параметры проводимости и плотности, при этом её себестоимость на два порядка ниже драгметалла.
Если ранее применялись пасты с содержанием 100% серебра в сухой части, то сейчас используется паста с содержанием серебра 60%. В усовершенствованной формуле пасты содержатся шарики размером до 4 микрометров с медным сердечником в оболочке серебра. Такое решение исключает возможность окисления меди, при этом сохраняются все ключевые показатели продукта.
Эффективность нового состава подтверждена серией тестов, проведённых как внутри предприятия, так и во внешних лабораториях. В планах наших инженеров-технологов двигаться в сторону уменьшения содержания серебра в составе пасты вплоть до 10%».
По всей видимости, в этом же направлении будут работать и компании других стран, занимающихся фотовольтаикой, хотя на это потребуется время... Но пока для производителей серебра приходит отличный момент. Можно сказать, «золотой».
При производстве серебра в России используют самые современные технологии.
«Когда мы взяли месторождение серебра в Томпонском улусе Якутии и провели геологоразведку, там реальных запасов оказалось в 18 раз меньше, чем числилось прогнозных ресурсов в ГКЗ. Но нам всё же удалось составить и защитить ТЭО кондиций — просто благодаря росту цен на металл», — поделился с «Про Металлом» представитель одной из компаний. Ясно, что заинтересованность в добыче серебра в России, как и во всём мире, возрастёт.
В мире добывается в год порядка 25 тысяч тонн серебра. Из них на Россию в 2024 году приходилось 2,8 тысячи тонн, не так уж много. Но тоже заметно.
Интересно, что за последние пять лет прирост запасов серебра (14,31 тыс. тонн, из которых 4 тысячи открыли в 2025 году) опередил его добычу (12,14 тыс. тонн). Теперь, вероятно, геологоразведка на серебро получит приток инвестиций. Правда, в 2026 году ожидать резкого увеличения добычи не приходится — проект «Прогноз» в Якутии заработает не раньше 2027 года, а «Песчанка» на Чукотке с попутным серебром в лучшем случае в 2029-м. Но в любом случае, то, что с серебром происходит на мировом рынке, для России, безусловно, позитивно.
«Ралли драгоценных металлов поддерживается также ожиданиями многократного снижения ставок ФРС в 2026 году и активными покупками центральных банков и частных инвесторов. Однако доминирующим фактором в последнее время стал серьёзный структурный дисбаланс спроса и предложения на серебро, что спровоцировало борьбу за физический металл. Заглядывая в будущее, аналитики ожидают, что цены на серебро останутся волатильными, а ограничения экспорта Китая выступят ключевым фактором поддержки цены», — отметила на днях газета The Guardian. Хорошо, если бы так.
Алексей Василивецкий
