По информации «Ведомостей», продажи электромобилей и гибридов достигли 70,18 тысячи единиц, общий рынок увеличился на 10%, до 815,1 тысячи единиц. На вторичном рынке продажи электрокаров за первые шесть месяцев 2026 года выросли на 40%, до 7729 единиц. Среди них лидируют три марки — японский Nissan, китайский Zeekr и немецкий Volkswagen.
В Европе эта тенденция длится не первый год. Как уже писал на прошлой неделе «Про Металл», этим летом электромобили впервые обогнали автомобили с бензиновыми двигателями по месячным продажам в Европе. В июне и июле доля полностью электрических моделей (BEV) в странах Евросоюза, Великобритании и ЕАСТ (Исландия, Лихтенштейн, Норвегия, Швейцария) достигла 24,5%, в то время как доля бензиновых машин составила 21,6%. Опрошенные «Про Металлом» аналитики отметили, что благодаря электрическому переходу рынок металлов меняется и сейчас в зоне роста — литий, медь, никель, редкоземельные металлы и алюминий
Один электромобиль содержит порядка 80 кг меди против 20 кг в бензиновом.
Эпоха классических двигателей внутреннего сгорания постепенно уходит, утягивая за собой спрос на платину и палладий. Кстати, цена на палладий уже упала более чем на 40% по сравнению с июньским максимумом. Российским компаниями остаётся только в очередной раз адаптироваться.
К примеру, в 2026 году на рынке сырья зафиксирован уникальный прецедент — медь впервые в истории принесла «Норникелю» наибольшую долю в выручке (более 30%), потеснив традиционных лидеров в лице никеля и палладия. Компания не сбавляет обороты: миллиарды инвестируются в геологоразведку перспективных сульфидных медно-никелевых руд на Южно-Норильской площади. Одновременно с этим форсируется развитие Быстринского ГОКа, который в текущем году должен выйти на показатель до 73 тысяч тонн меди.
Как будут дальше перестраиваться рынки, в том числе и российский горнодобывающий сектор?
Владельцам электромобилей, желающим сэкономить на зарядке, стоит заряжать их в ночное время
Комментарии экспертов:
Владимир Поклад, директор департамента управленческого консалтинга АКГ «ДЕЛОВОЙ ПРОФИЛЬ»:
Глобальная перестройка идёт по нескольким направлениям. Китай контролирует около 70% мирового рынка переработки 19 из 20 стратегических металлов и более 85% мощностей по переработке отработанных аккумуляторов. Правительства США, ЕС и других стран отвечают экспортными ограничениями и программами диверсификации. К середине 2030-х годов отработанные аккумуляторы электромобилей могут стать основным источником сырья для перерабатывающей промышленности.
«Норникель» активно диверсифицирует продуктовую линейку. Компания разрабатывает применение палладия в водородных топливных элементах — потенциальный новый рынок оценивается не менее чем в 1,5 млн унций в год. Параллельно инвестировано 30 млн долларов в разработку катодных активных материалов для литий-ионных батарей. По меди компания прогнозирует переход к дефициту уже в 2026 году. По никелю ситуация двойственная: профицит мирового рынка на уровне 275 тыс. тонн давит на цены, но батарейный спрос растёт на 12–15% в год, и к 2027–2028 годам баланс может измениться.
Литий. Россия начинает с чистого листа. Страна занимает третье место в мире по запасам (3,5 млн тонн Li₂O), но до настоящего момента полностью импортировала этот металл. «Газпромнефть» готовит пилотный проект по извлечению лития из пластовых вод на Оренбургском месторождении с запуском в 2028 году. В Мурманской области старт промышленной добычи запланирован на 2030 год. Стратегическая цель — закрыть потребности страны в литии за счёт внутреннего производства к 2030 году.
Редкоземельные металлы. Россия обладает 658 млн тонн запасов редких металлов и занимает второе место в мире, но зависимость от импорта составляет 75%. Утверждена стратегия развития отрасли до 2035 года, выделено 60 млрд рублей. Целевые показатели: увеличение производства РЗМ в 8 раз, выпуск до 3000 тонн к 2030 году, снижение импортной зависимости до 48%.
Внутренний рынок получил неожиданный импульс: перебои с топливом летом 2026 года вызвали рост продаж электромобилей и гибридов на 88% за январь — май. Российский электромобиль «Атом» вышел на конвейер. При этом доля электромобилей в общих продажах остаётся на уровне 0,857%, а Минэкономразвития считает оптимальным переход на электротранспорт 10–15% автопарка, то есть сценарий эволюционный, а не революционный.
Если резюмировать: глобальная электрификация не отменяет спрос на металлы платиновой группы, а перенаправляет его в водородную энергетику и инвестиционные инструменты. Для России это означает одновременную работу на двух фронтах — адаптацию позиций в традиционных металлах и выстраивание с нуля компетенций в литии и редкоземельных элементах. С 1 июля 2026 года отечественные производители горной техники получили приоритет в госзакупках, что создаёт дополнительный мультипликативный эффект. Переход от добычи к глубокой переработке и производству конечных компонентов — главная задача, решение которой определит место России в новой сырьевой архитектуре на десятилетия вперёд.
Андрей Смирнов, эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций»:
Горнорудные гиганты ускоренно диверсифицируются из «топливных» металлов в «электрические». Лидеры в платиноидах (Россия, ЮАР), вынуждены переориентировать инвестзатраты на никель, медь, редкоземельные металлы и литий. В США и Европе критическое сырьё субсидируется (США — IRA Act, ЕС — CRMA). Запускаются проекты по добыче лития, кобальта и переработке РЗМ в Австралии, Канаде, Европе. Российский сектор перестраивается в условиях санкций, что создаёт двойной вызов: структурное падение спроса на один вид продукции и логистические/финансовые барьеры для другого.
«Норникель» — крупнейший в мире производитель палладия (до 40% мирового рынка). Совсем недавно палладий формировал до половины выручки компании. Падение спроса со стороны автопроизводителей снижает доходы и рентабельность по данному направлению.
Цена на платину в июле 2026 года стабилизировалась в диапазоне $1560-1670/унц. Текущие уровни — минимальные с ноября 2025 года
Запасы меди и никеля в России довольно большие, но расширение производства огранивается доступом к технологиям обработки и очищения. Немаловажно упомянуть опасения параллельных санкций и уменьшение портфеля потенциальных импортёров. Освоение гигантских медных месторождений (Удокан, Баимская площадь) становится приоритетом. При росте потребления меди лишь за счёт автомобилестроения эти проекты переходят из разряда долгостроев в критическую сырьевую базу для растущего азиатского рынка. Российская медь переориентируется на Китай и Индию, где идёт бум электротранспорта.
До 2022 года Россия не добывала литий, а импортировала его из Латинской Америки (Боливия, Чили) для атомной и авиационной промышленности. Сейчас активно разрабатываются: Колмозерское (совместный проект Росатома и «Норникеля»), Полмостундровское и Завитинское. Цель — к 2030 году выйти на 50–80 тыс. тонн.
Сергей Маликов, бизнес-консультант, эксперт в области устойчивого развития и мировой экономики стран БРИКС, ШОС, ЕАЭС:
Отмечу, что только КНР в июне впервые экспортировала более 1 миллиона автомобилей за месяц, и ровно половина из них (523 тыс.) пришлась на электрокары и гибриды (NEV).
Мировой автопром переживает кардинальные изменения, поскольку металлы, необходимые для аккумуляторов и инфраструктуры, стремительно дорожают или сохраняют высокую волатильность из-за локальных дефицитов, а сырьё для классических двигателей внутреннего сгорания (ДВС) постепенно теряет позиции и дешевеет. На наших глазах рушатся старые «сырьевые империи» и рождаются новые.
Всё, что нужно для батарей и зарядных станций, превращается в дефицитное «новое золото».
Металлы, которые будут только дорожать — литий, медь, алюминий, редкоземные металлы (неодим, диспрозий). К примеру, медь стала главным бенефициаром глобальной электрификации.
Медь нужна везде: от сложнейшей силовой проводки и обмотки электродвигателей до миллионов новых зарядных станций, которые сейчас штурмом берут мировые мегаполисы. Спрос на неё будет колоссальным и долгосрочным. Насчёт лития — бессменная основа любого современного аккумулятора. После затишья прошлых лет мы увидели, как в первой половине 2026 года цены на него продемонстрировали мощнейший отскок, взлетев более чем в два раза по сравнению с началом 2025 года. Причина банальна — складские запасы в Китае (главном мировом хабе по производству батарей) истощились, а аппетиты автоконцернов и производителей систем хранения энергии (ESS) продолжают расти по экспоненте.
Китай удерживает жёсткую монополию на их добычу и переработку редкоземных металлов, а любое обострение торговых войн или локальный дефицит мгновенно взвинчивают цены, делая неодим и диспрозий высокодоходными, хоть и волатильными активами.
Монополистом по добыче, переработке и производству редкоземельных металлов (РЗМ) является Китай, который контролирует около 80–85% всего мирового рынка
Спад производства бензиновых и дизельных машин бьёт по секторам, завязанным на классический автопром, из-за чего удар приходится на палладий, никель, и кобальт. Палладий теряет рынок из-за отказа от двигателя внутреннего сгорания, кобальт вытесняется технологиями, поскольку автоконцерны отказываются от него из-за токсичности и дороговизны. Никель страдает от профицита, спрос падает из-за популярности безникелевых LFP-аккумуляторов в Китае и Европе, а запуск новых заводов в Индонезии создал избыток сырья.
Российский горно-металлургический сектор оказался в самом эпицентре, с одной стороны сейчас идёт смещение мирового спроса в сторону «зелёных» технологий, с другой —геополитическое давление, вынуждающее полностью перекраивать логистические карты и разворачивать экспортные потоки с Запада на Восток.
Россия исторически импортировала сырой литий для переработки. Сейчас идёт ускоренное создание внутренней добычи полного цикла для обеспечения технологического суверенитета. Разрабатывается крупнейшее в стране Колмозерское месторождение в Мурманской области (совместный проект «Норникеля» и «Росатома»).
Разрыв торговых связей с Европой заставил бизнес кардинально пересмотреть географию продаж. Новым главным торговым партнером и стратегическим союзником России стал Китай. Между РФ и КНР сформировался мощный синергетический механизм: Россия поставляет сырую или первично очищенную медь и никель, а Китай возвращает их в виде готовых аккумуляторов, магнитов и компонентов для электрокаров.
Агаев Мурад, частный инвестор, блог Russian Magellan:
«Норникель» смещает новый акцент на медь и никель и вместе с «Росатомом» развивает литиевый проект на Колмозерском месторождении в Мурманской области. Цель амбициозная — построить в России полный цикл от руды до батареи. Плюс медные мегапроекты: Баимская на Чукотке, Удокан.
Проблема в том, что перестраиваться приходится в условиях санкций и дисконтов на азиатских рынках.
Александр Рябинин, трейдер, преподаватель по финансам SF Education:
Сегодня у нас происходит диверсификация цепочек. Это вероятно основной сценарий перестройки. Всё упирается в геополитические риски и логистику.
Россия — крупный игрок по никелю, палладию/платине, меди. Стратегия: фокус на стратегические металлы, импортозамещение, ориентация на Азию (Китай, Индия) и внутренний рынок. Здесь явный бенефициар — «Норникель».
Егор Петров
