На восьмой отраслевой конференции «Реагенты в горнодобывающей промышленности», организованной группой CREON, обсуждался вопрос о том, что объёмы добычи полезных ископаемых в России будут расти. Но это потребует, помимо прочего, и дополнительных объёмов реагентов. Между тем, значительная часть западных брендов с нашего рынка с 2022 года ушла. Кто заполнит эту нишу?
Проблема химреагентов для горной отрасли не сводится только к обогащению руды. На конференции вспоминали, например, о проблеме пылеподавления — просто поливать водой поднятую пыль можно, но это помогает на очень короткий срок.
С другой стороны, не все реагенты можно использовать в этих целях, чтобы не нанести ущерб окружающей среде. Химреагенты нужны для производства взрывчатки для буровзрывных работ, для водоподготовки и очистки оборотной воды и так далее.
Но всё-таки главное их применение — инструмент сепарации, разделения ценных компонентов в руде и пустой породы.
На мероприятии отмечалась важная тенденция. В основном ранее флотация применялась в цветной металлургии, но сейчас всё активнее распространяется и при добыче железорудного сырья.
Например, на Михайловском ГОКе отработан уникальный метод переработки окисленных железистых кварцитов по магнитно-флотационной схеме (ранее они просто уходили в отвалы). И в этом плане специалисты МГОКа не одиноки.
Реагенты активно применяются в горно-металлургической отрасли.
«Ухудшающееся качество руды, в которой растёт содержание серы, требует новых подходов к получению концентрата, производимого «Карельским окатышем», и специалисты «Северстали» работают над этим, — заявила на конференции Виктория Андрийчук, главный обогатитель технической дирекции ресурсных активов компании «Северсталь Менеджмент». — Этого же требуют и новые стандарты в вопросе экологии. Не будем забывать и о растущей потребности в концентратах премиального качества.
Упор нами делается на применении флотационных методов обогащения, которые ранее на предприятии не применялись. Мы поставили себе задачу повысить содержание железа в концентрате до 71%, содержание SiO2 снизить до 1,5%, а серы — до 0,2–0,25%. Комбинируя сульфидную и силикатную флотацию, тестируя различные режимы и реагенты, мы фактически добились проектных показателей по содержаниям железа и диоксида кремния, но все ещё не достигли их по сере. Поэтому наша работа продолжается», — отметила Виктория Андрийчук.
Флотация, невозможная без химреагентов, применяется и при переработке апатитовых и калийных руд, добыча которых из года в год растёт (благо минеральные удобрения нужны всем и для них никакие санкции не вводились).
Но вот вопрос, кто нашу горную отрасль обеспечит необходимыми реагентами? На форуме приводились две цифры потребления химреагентов в России в настоящий момент — 175 и 220 тысяч тонн. Какая из них ближе к реальности, сказать сложно, но в любом случае речь идёт о больших объёмах, имеющих тенденцию к росту.
Виктория Андрийчук, главный обогатитель технической дирекции ресурсных активов компании «Северсталь Менеджмент».
После 2022 года из России ушли известные марки западных реагентов для горной отрасли, такие как «Метекс», «Berol», «Flotanol», «ДМИПЭК» и другие, — отметила Светлана Ануфриева, заведующая технологическим отделом ВИМС им. Федоровского. —
Китайские аналоги не всегда отличаются стабильностью качества. Для различных типов месторождений дефицит реагентов ощущается по-разному, но наиболее остро в сегментах, требующих высокой селективности: он критически высок в сфере добычи золота и урана (а впереди, например, освоение Эльконского рудного массива в Якутии).
Частичный дефицит ощущается при добыче медно-молибденовых руд, низкий — для свинцово-цинковых.
На этом фоне открывается широкое поле деятельности по импортозамещению для отечественных компаний, но их тормозит отсутствие сырья для ряда реагентов, а также медленные темпы внедрения отечественных разработок горными предприятиями».
«Не отличаются стабильностью» — это мягко сказано. Обозревателю «Про Металла» приходилось выслушивать от горняков буквально душераздирающие истории о том, как первая партия заказанных в КНР реагентов приходила нормальная, а следующие такие, что для их характеристики не хватало цензурных слов (иногда просто потому, что китайцы предварительно не помыли как следует ёмкости).
«Они ещё любят в процессе что-то «улучшать» в технологии производства, не предупреждая заказчика. В результате реагент меняет свойства, а мы не можем понять, почему не достигаем необходимых параметров», — говорил нам представитель крупной горнодобывающей компании. В общем, российский производитель был бы лучше, но... вопрос упирается в наличие двух препятствий (как минимум).
В зале заседаний конференции.
Во-первых, исходное сырьё, которое никогда на территории России не производили или производство которого давно прекратили. Например, жёлтый фосфор или же пятисернистый фосфор и другие. Нужно строить не один завод, а целую цепочку.
Во-вторых, речь обычно идёт о малотоннажном производстве, и возникает вопрос рентабельности (от которой зависит проблема кредитования и многое другое).
Тем не менее, позитивные примеры есть. «Несколько лет назад международная компания Flotent Chemicals заявляла о намерении построить к 2026 году в Узбекистане крупнейший в СНГ завод по выпуску химреагентов для горной отрасли, — рассказал, отвечая на вопрос обозревателя «Про Металла» Алексей Марфицин, генеральный директор «Флотент Кемикалс Рус».
— Однако с изменением экономической конъюнктуры этот план был поставлен на паузу. Зато в этом году мы запускаем крупное производство гидрооксалатов в Волгоградской области. В апреле будет запущена линия в 10 тыс. тонн, а в сентябре ещё одна такой же производительности.
Наша компания активно работает с большим количеством горно-металлургических предприятий страны, расширяет круг клиентов. Например, сейчас идёт тестирование возможности применения наших депрессоров пиритов и пирротинов для Озёрного ГОКа (холдинг «Ареал»). На Озёрном сперва проект делала западная компания, под западные же реагенты. Они после 2022 года пытались применить китайские, но результат был хуже проектного».
На конференции выступали представители других российских компаний, предлагавших свои решения, в том числе инновационные. Правда, горная отрасль по определению достаточно консервативна, рисков не любит (благо объёмы инвестиций в проекты — гигантские). Всем нужны референсы, успешные примеры реализации. А где их взять российским инноваторам?
Алексей Марфицин, генеральный директор «Флотент Кемикалс Рус».
Часть рисков могло бы взять на себя государство. Напомним, в стране реализуется национальный проект «Новые материалы и химия», который как раз ориентирован на их поддержку. К сожалению, представители госструктур на конференции не выступали, а было бы очень интересно познакомиться с их планами в данной отрасли.
«Судя по количеству реализуемых сейчас проектов, в ближайшие годы Россия увеличит добычу металлических руд, в связи с чем кратно резко возрастут потребности отрасли во флотореагентах, — заявила на конференции Людмила Дорожкина, главный специалист отдела анализа минерально-сырьевого комплекса ВИМС им. Федоровского.
— Сегодня в нашей стране насчитывается больше тысячи месторождений, где может использоваться либо только флотация, либо флотация в сочетании с другими методами обогащения. 330 из них уже разрабатываются, остальные в стадии геологоразведки. На разрабатываемых месторождениях объём перерабатываемой руды в год превышает 500 млн тонн (половина из них — сульфидные руды цветных металлов).
Подготавливаются крупные проекты по добыче калийных солей — их объём добычи вырастет на 40%. Причём если сейчас половина добываемых калийных солей перерабатывается металлургическим способом, то к 2030 году этот объём превысит 65%. На подходе крупные проекты по плавиковому шпату и литию. Все эти проекты вызовут кратный рост потребления флотореагентов. Их дефицит может стать одним из важных рисков для реализации проектов по добыче в России минерального сырья», — отметила Людмила Дорожкина.
Алексей Василивецкий
