На мир накатывает новая волна дефицита — это дефицит алюминиевой банки. Первой почувствовала его на себе Индия и соседние страны Юго-Восточной Азии. Ещё в конце марта местные производители пива предупредили, что цены на пенный напиток вырастут. Панику спровоцировали дефицит природного газа и сокращение производства алюминия, вызванные конфликтом в Иране.
Почти два месяца назад мировые поставщики алюминиевых банок предупредили клиентов, что поставки банок могут сократиться перед пиковым сезоном продажи пива и других напитков в алюминиевой таре.
В России та же тенденция проявилась в обратной форме. Потребители алюминия поняли, что за банку придётся заплатить дороже и в превентивной форме начали требовать от ФАС не дать ценам вырасти. Мы писали об этом тут.
После того как решить проблему с наскока не получилось, пивовары, коктейлемешатели и лимонадохимики пошли другим, более сложным путём. С их подачи ФАС и Минпромторг подготовили проект приказа, который вводит обязательный норматив биржевых продаж первичного алюминия.
Согласно документу, не менее 10% месячного объёма производства металла должно реализовываться через биржевые торги. В ФАС тогда пояснили, что механизм необходим для формирования российского ценового индикатора на алюминий. Но истинные лоббисты и бенефициары данного предложения долго не утерпели и вылезли из-за широкой спины ФОИВов.
Производители алюминиевой банки — компании «Кэн-Пак завод упаковки», «Алюмар» и «Арнест упаковочные решения» — обратились с просьбой к первому вице-премьеру Денису Мантурову изменить механизм ценообразования «Русала» внутри России. Сейчас цена на металл определяется формулой, привязанной к котировкам LME и европейской премии Rotterdam duty paid.
За год котировки в Лондоне выросли более чем на 40 процентов, а европейская премия — более чем на 150 процентов. В письме компании предлагают ВРЕМЕННО (насколько временно — на месяц, два, три, полгода? И почему?) изменить формулу расчёта и учитывать интересы производителей упаковки и напитков, а не только экспортный паритет, читай — интересы производителей алюминия.
Алюминиевая банка дорожает не по чьей-то прихоти, а по известным геополитическим причинам.
Обыкновенный лоббизм, ничего нового, хотя у стороннего наблюдателя возникает вопрос: почему вообще вице-премьер должен заниматься этим вопросом? Первый «вице» — должность, конечно, высокая, но это не повелитель бури или рептилоид, контролирующий цены на ресурсы на планете Земля.
Проблема роста цен на алюминий и глинозём — мирового масштаба. У «Русала» она усугубляется двойным транспортным плечом: привезти сырьё в Россию и вывезти алюминий из Сибири потребителям. При этом морской фрахт подорожал, тарифы РЖД выросли.
Сильно укреплённый (или, как выражаются отдельные граждане, «укреплённый до идиотизма») рубль убивает экспортные преимущества российских заводов, искусственно повышая себестоимость продукции. «Русал» закончил в минусе первый квартал (убыток от продаж за январь-март составил 526 млн рублей — годом ранее была прибыль 154,5 млрд рублей) и имеет все шансы такой же результат показать в конце года.
Проще говоря, если у тебя цена сырья международная, а отечественная себестоимость производства выросла, то как ценам не стремиться вверх? Вообще, инициатива упаковщиков может им выйти ребром. Если разработать формулу специально для российского рынка, то алюминий может подорожать ещё сильнее.
На наш взгляд, у упаковщиков есть гораздо более простой способ борьбы с локальным кризисом — введение залоговой стоимости для банки, да и для пластиковой упаковки или стеклянной бутылки тоже.
Кругооборот алюминиевой банки сэкономит ресурсы, создаст здоровую конкуренцию с производителем первичного металла и уменьшит эту злосчастную зависимость от мировых цен. И тогда не придётся учитывать фрахт, глинозём, РЖД, курс рубля и прочие переменные, от которых жизнь и судьба упаковщиков становится такой сложной.
«Русал» закончил в минусе первый квартал.
В заключение добавим, что дефицит алюминиевой тары наблюдался в разные периоды, и недавно обострился в период пандемии COVID-19. По данным компании Ball Corp., только американскому рынку в 2020 г. не хватило примерно 10 млрд банок для напитков. Дефицит был связан с масштабными закупками потребителей, которые хотели реже ходить в магазины — большие упаковки банок удобнее закупать и хранить.
В 2021 году дефицит алюминиевой тары фиксировали не только в России, но и на большинстве рынков по всему миру. Производители напитков, включая AB InBev Efes (производитель BUD, Stella Artois, Velkopopovický Kozel, Corona Extra и др.), Heineken, а также представители «Союзнапитков» сообщали о нехватке банок. Поставщики в первую очередь стремились выполнить контракты для крупнейших и наиболее маржинальных брендов, например Coca-Cola и PepsiCo.
Закрытие ресторанов, баров и других заведений HoReCa привело к тому, что часть спроса «перетекла» в ретейл, где традиционно высока доля алюминиевой тары. Индустрия оказалась не готова к резкому росту спроса.
К 2025 году ситуация изменилась. По данным на февраль 2026 года, рынок СНГ перешёл от дефицита к полному удовлетворению спроса. За последние пять лет производственные мощности по выпуску алюминиевой банки в России выросли в два раза. Отметим и ещё один момент.
Алюминиевая тара — премиальный сегмент упаковки. И не факт, что потребитель окажется столь чувствительным, что падение спроса парализует отрасль, как апокалипсически вангуют прогнозы упаковщиков. В любом случае нынешняя ситуация порождает прекрасный повод создать механизм сбора и переработки использованных банок. Лучше генерировать новое, чем рисковать старым.
Сергей Дмитриев
