Воскресенье, Июль 14, 2024
Прекрасная половина металлургии хочет большего

08.03.2024

Люди / Металлурги

Прекрасная половина металлургии хочет большего

Готовы ли женщины изменить гендерный баланс в «мужской» отрасли?

8 Марта за окном. Металлургия, как и горное дело, давно перестала быть исключительно мужской «территорией». Но насколько обычное это явление — женщина, занятая в металлургическом производстве? Какие специальности выбирают женщины-металлурги, а какие для них по-прежнему недоступны? В поисках ответов мы обратились к российскому опыту, зарубежной практике и совершили исторический экскурс в советскую эпоху.

Кто в цех, кто в офис

Несколько лет назад руководство BHP Billiton Ltd. заявило о стремлении изменить гендерный баланс в отрасли, в которой доминируют мужчины. С этой целью было объявлено о планах настроить кадровую политику так, чтобы к 2025 году женщины составляли половину всей рабочей силы этой крупнейшей в мире горнодобывающей компании. Численность персонала BHP составляет около 65 тысяч человек, включая подрядчиков, из которых 18% женщины. Исходя из сказанного, к середине нынешнего десятилетия будет нанято дополнительно 21 тысяч женщин — собственного персонала и подрядчиков.

Заметим, что в Rio Tinto PLC — австралийско-британском концерне, третьей по величине транснациональной горно-металлургической компании — не заявляли, во всяком случае громко, о планах затрагивать гендерный аспект. Четыре пятых коллектива Rio, а это 57,2 тыс. человек, составляют мужчины. Женщин в компании примерно 11,5 тысячи.


фото из открытых источников

В BHP хотят, чтобы в компании половина сотрудников были женщинами, Получится ли?

фото из открытых источников

А насколько близки к гендерному балансу российские добывающие компании? И какие специальности выбирают представительницы прекрасного пола?

Начнём с цветной металлургии. Например, в 60-тысячном коллективе «Русала» женщин много. Большинство из них занимают должности специалистов — более 55%, среди рабочих их доля меньше, но всё же превышает 20%. В последние годы наметилась тенденция к увеличению женского представительства среди руководителей среднего звена: с 20,1% в 2020 году до 21,7% в 2022 году. За тот же период выросло и число менеджеров высшего звена — их теперь 18%, а не 16,6%, как четыре года назад.

В «Норникеле» из 73,5 тысячи сотрудников более 17 тысяч — представительницы прекрасного пола. То есть, примерно 23%. Причём среди сотрудниц компании 47% заняты на рабочих позициях, а остальные 53% — специалисты и руководители.

Среди лидеров в борьбе за достижение гендерного баланса находится Новолипецкий металлургический комбинат. Во всех подразделениях НМЛК работают примерно 8 тысяч представительниц прекрасного пола — примерно 29,6% от общей численности 27-тысячного коллектива компании. Это один из самых высоких показателей в чёрной металлургии и в целом по отрасли. 


Вплотную к НМЛК приблизилась «Северсталь», где женщины составляют около 28%, или почти треть 50-тысячного трудового коллектива. В «Евразе», в котором общая численность персонала достигает 72 тысяч, за женщинами остаётся 26,7% (18,6 тысячи) среди постоянных сотрудников и 54,9% (1048) среди временных.

фото с сайта НЛМК

Во всех подразделениях НМЛК работают примерно 8 тысяч представительниц прекрасного пола.

фото с сайта НЛМК

Из приведённых примеров видно, что с точки зрения гендерного соотношения российские компании находятся где-то между ВНР, стремящейся к гендерному балансу уже в будущем году, и Rio, в которой женщинам досталось лишь 20% рабочих мест. 

Отраслевые HR-специалисты признают, что в силу специфики металлургии и горной добычи, наличия законодательных ограничений для привлечения женщин к опасным производствам достичь соотношения сотрудников и сотрудниц в пропорции 50:50 пока невозможно. Но если задаться целью, то выйти на этот показатель в перспективе вполне реально — помогут роботизация и цифровизация технологических процессов.

Понятно, что увеличение женского участия в отрасли следствие не только галантности металлургов. И начальник цеха, и HR-специалист в любой компании подтвердят, что женский подход к делу отличается от мужского. Женщины более ответственны и внимательны к деталям, в какой бы должности они ни работали — хоть машинистом крана на шаропрокатном стане, хоть вице-президентом компании. Самим своим присутствием они меняют к лучшему обстановку в суровом мужском коллективе. 

Поэтому сотрудницами на предприятиях дорожат: предоставляют социальные льготы, создают женсоветы и женские клубы, запускают проекты для развития равных возможностей в рабочей среде и поддержки женского лидерства в отрасли.фото 

фото из открытых источников

Женщины более ответственны и внимательны к деталям, в какой бы должности они ни работали.

фото из открытых источников

Теперь можно, или Сотня запретов

В какие сферы металлургии женщинам путь пока заказан? Об этом можно узнать из «Перечня производств, работ и должностей с вредными и (или) опасными условиями труда, на которых ограничивается применение труда женщин», который вступил в силу 1 января 2021 года. 


В документе, разработанном в недрах Минтруда России и утверждённом Минюстом России, список недоступных для женщин профессий сокращён в четыре раза: от 456 позиций в нём осталось всего 100.


В «запретной сотне» представлены, в том числе, и некоторые виды работ в сфере металлообработки, чёрной и цветной металлургии. Всего мы насчитали 46 пунктов.

Например, в цветной металлургии строго за мужчинами остаются специальности анодчика-алюминщика, выбивщика титановой губки, плавильщика, прокальщика, спекальщика и монтажника на ремонте ванн, занятого на пробуривании углубления под катодный стержень в производстве алюминия, силумина и кремния.

В сфере металлообработки на литейном производстве не будет пока заварщиц отливок и заливщиц металла, обрубщиц и вагранщиц, а также работниц, занятых подвеской горячего литья на конвейере и обслуживанием и ремонтом оборудования в тоннелях литейных цехов. Не допустят женщин к сварочным работам в закрытых ёмкостях вроде цистерн и котлов, равно как и к немеханизированным кузнечно-прессовым и термическим работам.

Понятно, что сохраняющиеся ограничения не имеют ничего общего с рудиментами сексизма. Минтруд России поясняет, что при пересмотре перечня профессий и специальностей в расчёт в первую очередь брали факторы, «представляющие угрозу для репродуктивного здоровья женщин, влияющие на здоровье будущего поколения и имеющие отдалённые последствия». 


В то же время, видимо, чтобы исключить любые сомнения относительно недооценки способности прекрасной половины человечества освоить практически любую специальность, подчеркивалось: если на производстве созданы безопасные условия труда, работодатель вправе применять труд женщин без ограничений.

фото с сайта НЛМК

Если на производстве созданы безопасные условия труда, работодатель вправе применять труд женщин без ограничений.

фото с сайта НЛМК

Всё кипело, гремело, скрежетало...

Сто лет назад индустриализация в СССР открыла дорогу на металлургические заводы тысячам работниц. Везде оказались «нужны заботливые руки» и «хозяйский, зоркий женский глаз». 

В 1930–40-х годах прошлого века на весь Советский Союз прозвучала история о бригаде женщин-сталеваров с Магнитогорского металлургического комбината — Татьяне Ипполитовой и её напарницах Ксении Васильевой, Любе Сартаковой, Паше Ткаченко и Фросе Дьяченко. В 1939 году руководство предприятия доверило им мартеновскую печь, а уже в январе следующего года нарком чёрной металлургии Фёдор Меркулов поздравил коллектив ММК с первой 180-тонной плавкой, которую выпустила именно женская бригада.

В романе плодовитого советского писателя Фёдора Панфёрова «Большое искусство» 1954 года читаем описание заводских будней: «Тут всё кипело, гремело, скрежетало, пахло гарью, и стоял звон, стук молотов. Из горна женщина щипцами доставала раскалённый кусок железа. Сосед рабочий подхватывал у неё кусок...». 

Хотя семьдесят лет назад производственные романы принято было писать «с натуры», всё же для убедительности обратимся ещё и к сухой статистике. 


Согласно переписи населения 1959 года, женщин среди металлистов было немало, а в некоторых профессиях их было больше, чем мужчин: сверловщики — 73%, шлифовальщики — 53%, прессовщики — 64%, гальваники — 60%.


В целом, в начале 1960-х, когда в СССР стремительно осваивали новые технологии, женщинам в металлургии принадлежало почти 30% должностей и специальностей, а вообще в промышленности — едва ли не половина. И пусть треть советского инженерного корпуса составляли женщины, всё-таки «слабый пол» был занят преимущественно физическим трудом.

фото из открытых источников

Женщины составляли большинство сотрудников металлургических комбинатов в годы Великой Отечественной Войны.

фото из открытых источников

Чего хотят женщины?

Закономерный вопрос: а сами женщины видят себя сегодня в цветной или чёрной металлургии? К чему они стремятся, помимо достойной зарплаты и нетоксичной атмосферы в коллективе? Хотят ли они быть, скажем, плавильщицами металла и сплавов, выбивальщицами отливок, завальщицами шихты в вагранки и печи, а также специалистами других, пока недоступных им специальностей? Похоже, что пока не очень.

Опрос, который чиновники из Минтруда России, готовившие приказ, провели среди экспертов отраслевых объединений работодателей и профсоюзов, показал, что представительницам прекрасной половины человечества хотелось бы попробовать силы в морском и речном судоходстве, автомобильном и железнодорожном транспорте, в гражданской авиации и сельском хозяйстве. Металлургия в число приоритетов не попала.

Но стоит ли делать из этого вывод, что женщинам не интересна металлургия в принципе? Конечно же, нет. Скажем так: металлургия сейчас не является для женщин профессией первого выбора. Ну вот не мечтает девочка-подросток, которая только что отложила в сторону куклы, о профессии плавильщика металлов. Но если в дальнейшем молодая женщина увидит, что в металлургических корпорациях платят реально высокую зарплату, там эффективно работают социальные лифты и можно встретить, например, настоящего мужчину своей мечты, то почему бы не связать свою жизнь с металлургией? 

Во всяком случае, никаких факторов, вызывающих отторжение или резкое неприятие женщинами работы в металлургии, опросы не показывают. А если романтизировать опрос и предложить девушке не просто работать плавильщиком металла, а плавить, например, золото на аффинажном заводе, то показатели интереса к отрасли наверняка вырастут раза в 2, если не больше. Хоть мы и живём в век прагматизма, женские эмоции никто не отменял и не отменит.


Пётр Орлов


Больше оперативных новостей читайте в Telegram-канале @ПРОметалл.

Теги: кадры, Россия, НЛМК, Норникель

Последние публикации

12.07.2024

Металлурги учатся ИИ

Эксперты о том, зачем нужен искусственный интеллект на производстве

12.07.2024

Алюминиевые купола для аквапарка
Чем привлекателен для строителей «авиационный» алюминий?

11.07.2024

Аддитивные технологии как палочка-выручалочка
На «Иннопроме» обсудили их перспективы, но и указали на препятствия для развития