Законодательство или сделка?
30 апреля 2005 г. представители США и Украины пописали Соглашение о полезных ископаемых или заключили т.н. ресурсную сделку. Сразу же после этого тогдашний министр экономики, ныне — премьер-министр Украины, Юлия Свириденко обнародовала её основные положения.
Прежде всего, конечно, сделка предусматривала создание совместного Инвестиционного фонда реконструкции. Функции управления этим фондом были разделены между США и Украиной строго поровну, а его доходная часть должна будет формироваться за счёт реализации новых проектов в сфере добычи полезных ископаемых, в том числе — редких и редкоземельных металлов.
При этом с одной стороны, по Соглашению, все ресурсы на территории Украины остаются, разумеется, в собственности государства. Наряду с этим, документом не было предусмотрено внесение каких-либо изменений в основанное на рыночных принципах украинское законодательство в сфере недропользования, приватизации, управления госимуществом и т.п. То есть в этих ключевых для реализации сделки областях оно осталось прежним.
А с другой стороны, Соглашение предполагает, что при инициировании и воплощении «ресурсных» проектов американские компании по сравнению с другими инвесторами будут в любом случае пользоваться преимущественными правами.
Со всей очевидностью это идёт вразрез с действующим в стране законодательством и, в конечном счёте, ставит под вопрос её суверенитет.
В общем, заключив сделку, Украина поставила в зависимость от США использование ресурсов, имеющих стратегическое значение для экономики и безопасности государства. А американские инвесторы, в свою очередь, как раз потому, что им были даны особые, стоящие над украинскими законами права, получили и весь объём соответствующих рисков.
Более того, из всего пакета документов по сделке обнародовано было лишь ратифицированное Верховной Радой рамочное Соглашение о совместном Инвестфонде. А всё, что касается условий и механизмов воплощения «ресурсных» проектов, оказалось тайной за семью печатями. Впрочем, лишь до тех пор, пока в Украине не стартовала реализация первого из них.
Как сообщила ещё в июне 2025 г. г-жа Свириденко, в качестве его объекта было выбрано литиевое месторождение Добрая в Кировоградской области. И уже в середине января этого года на его примере стало более-менее ясно, что собой представляет ресурсная сделка на самом деле.
Подписание той самой ресурсной сделки между США и Украиной.
Два из трёх
Изначально на территории Украины находилось три литиевых месторождения — Шевченковское, Полоховское и Добрая, ни одно из которых пока не только не разрабатывали, но и глубоко не исследовали. Теперь первое из них, которое находится на западе ДНР, неподалеку от г. Курахово, является частью субъекта Российской Федерации.
Оно было открыто в 1982 г. Площадь месторождения составляет около 0,8 км². Рудное тело залегает на глубине 70–130 м, имеет ширину пегматитового поля 260–300 м, длину 500 м, и прослежено на глубину 600 м. Предположительный объём запасов лития — 13,8 млн т.
«Этот ресурс металла, используемого в производстве аккумуляторов для мобильных устройств, ноутбуков и электромобилей, для создания лёгких и прочных конструкционных материалов, батареек, а также в ядерной энергетике, пойдёт на пользу как региону, так и всей стране в целом», — подчёркивал в своё время глава ДНР Денис Пушилин.
Оба других месторождения — Полоховское и Добрая — находятся в Кировоградской области Украины. Предположительно, объём запасов Полоховского составляет 30–40 млн т руды, содержащей свыше 760 тыс. т эквивалента карбоната лития. Объём запасов Доброй — 80–105 млн т руды, которая содержит 1,1–1,4%. Однако эти месторождения имеют свою специфику.
Как констатируют специалисты, запасы обоих месторождений в основном представлены петалитом — минералом, извлечение лития из которого чрезвычайно сложно и дорого.
Для его переработки необходимы не только агрессивные кислоты, но и специальное дорогостоящее оборудование, устойчивое к кислоте и высоким температурам. Более того, на Полоховском месторождении петалит тонко сращен с очень твёрдым кварцем, что требует измельчения породы почти «в пудру». А это резко увеличивает ещё и энергозатраты.
Также эксперты отмечают, что оба месторождения не подготовлены к разработке, а её начало потребует колоссальных инвестиций. Речь идёт о сотнях миллионов долларов на шахты и обогатительные мощности, а также о почти миллиарде долларов на электрохимическое производство по переработке. При этом в итоге из-за шахтного способа добычи и высокой цены на электроэнергию, себестоимость лития окажется намного выше, чем в других странах-экспортёрах.
Оба литиевых месторождения на Украине еще не готовы к разработке.
Потом значит никогда
Как бы то ни было, но Украина таки провела конкурс на разработку месторождения Добрая, и в середине января г-жа Свириденко объявила его победителя. Им стала компания Dobra Lithium Holdings JV, LLC, акционерами которой являются известные на международном рынке американские компании Techmet и The Rock Holdings. Особенность первой заключается в том, что часть её уставного фонда принадлежит инвестиционному агентству правительства США. И это значит, что право на разработку Доброй получили не только частные инвесторы, но и само американское государство.
«Впервые в Украине определён победитель конкурса по механизму Соглашения о разделе продукции», — неосторожно подчеркнула в своём Telegram-канале г-жа Свириденко.
А далее оставалось только обнародовать условия, чтобы стало ясно, что оно собой представляет. Так, до полного возмещения вложений инвестор получает 70% добытой продукции, а оставшиеся 30% подлежат разделу между ним и государством.
При этом гарантированная доля Украины в этой части — всего 4–6%, а реальная — вообще меньше 2%.
Вполне очевидно, что до начала промышленной добычи, не говоря уже о конце периода компенсации затрат, могут пройти многие и многие годы. Компания Dobra придётся провести геологическую разведку, профинансировать и построить производственные мощности, а также инфраструктуру. В среднем, по данным специалистов, на подобную подготовку к запуску уходит около 15 лет.
Что же касается периода окупаемости, то его инвестор путём завышения расходов может растянуть настолько, насколько это в принципе возможно. Если же учесть, что речь идёт о заведомо нерентабельном проекте, то, скорее всего, навсегда.
Елена Герасимова
